Рейтинг теми:
  • Голосів: 0 - Середня оцінка: 0
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
Глава 2 "БЛАГОРОДНАЯ ЛАЛЬБА ПРОЗРАЧНЫХ СУМЕРЕК"
#1
БЛАГОРОДНАЯ ЛАЛЬБА ПРОЗРАЧНЫХ СУМЕРЕК. 
 
Вечный Сентябрь, упав листом с клена потерянных надежд, восходит хризантемой трещины вечерних сумерек. 
 
Опять один день. 
Одна жизнь. 
 
Я и моя Лальба лазуритовой волны - поезд, ночь - вагон: Львов (город Нашего Огня). Ни на что не похожее место - Лес Храмов; ручьи улиц; гнилостный запах; суета туристических людишек; апофатическая чистота обличья монахини; кав'ярни, шоколадки, пиво и ... камни, повороты, дожди ...
 
Львов. 
Почему-то вспоминается Москва и её Кремль - весьма впечатляющее сердце из красного кирпича; неумолимые стрелы башен, закрытые ворота. Львов, напротив, - всеоткрыт: его Оси - десятки Святых Храмов. Никаких стен, все разверсто друг в друга; концентрация божьих домов просто поражает. Без всякого преувеличения: Град Льва - открытая Святыня в мириадах звёзд закрытых Сердец; наш Иерусалим. Войти в измерение Львова непросто. Очень непросто... 
 
Перестуки рельс, покачивание вагона, сны, обрывки снов - и вот, Вокзал; почти храм переплетенных дорог и судеб. Люблю вокзалы. Любит их и моя Лальба. Погоду обещали дождливую, однако нас встречает приятная прохлада и солнце. Конец осени, первый выдох зимы  уже случился. Сходим.  
 
Вязь шагов и - Храм Первый: Св. Ольги и Елизаветы. Готика, которую называют неоготикой. Заходим. Распахнуто. Чисто. Как можем объединяемся со Храмом. Алтарь, слева и справа статуи, маленький пылающий храм как тень архэ. 
Поднимаемся на башню - нам повезло, мы пока одни. Четыре балкона: выходим поочерёдно - Запад, Восток, Юг и, конечно же, последний вектор на Север (что характерно, дверь туда открывает именно Лальба). Четыре Ветра, четыре Жеста; нисходим вниз. Ещё - краткое стояние и выплываем. Храм великолепен в своём Огне. 
 
А поезд-то прибыл по расписанию, в 10.01: люблю такие цифры, в них есть какая-то особая тайна и сила; читай хоть откуда; и: нас ожидает Двойка, Врата Изиды ...
 
Они оказались на удивление отворёнными. 
Итак: готический вокзальный Храм позади, идём, Лальба журит меня за то, что я перехожу их улицы на красный свет. Корабли домов проплывают  туда, век в 17-18.  Политех, ещё что-то с хищным треугольником, старое древо с почтительной медалью-табличкой. Все мимо. Вообщем-то я ищу Кривую Липу и где поесть. Идем...
О: ничего себе - романские контуры (а я-то, вроде, знаю Львов вдоль и поперёк), удивляемся. На фиг еду, метаем тела в направлении контура.  Да. Так и есть. Львы, очертания старого колодца, тропка, калитка - закрыта, тела опавших листьев добавили ношу уже остывающей земле ... Узнаем куда и как. 
 
Заходим наконец. 
Диво. Романика. Храм Святого Лазаря, ему около 300-400 лет.  Суровая и родная аскетика. Но: святыня закрыта.  Накручиваем круги во дворе. Сторож, видя все это, сам предлагает открыть нам Храм. Мы с искренней благодарностью соглашаемся: входим, двое и белое висение нефа. Возносим молитвы, огненная вода слез орошает бойницы души. Король Людовик Святой был бы рад ... 
Икона чудотворная, защищает иерогамию и исцеляет глаза (сочетание весьма примечательно). Тихое висение. Это тихое висение будет сопровождать весь наш этот день. 
Выходим - от души благодарим сторожа, он какой-то довольный, доброжелательный и тёплый. Стекаем на улицу имени польского звездаря. Нетварный субтильный ожог получен. 
 
Петляем улочками. Проходим мимо примечательного готического жилого дома (везёт же людям), успокоено радуемся нашему граду Льва. 
 
Крутит. 
Водит. 
С трудом нахожу Кривую Липу и вкусную еду вместе с нею. Красное и Белое, мясо: плоть и кровь; пустое хрустальное висение. 
 
Дальше. Шаг за шаг. Лальба говорит, что я ей как романский Храм. Все довольны. Шаг за шаг. 
Опять Дом Бога. Иезуитский. Тот, с Изумрудным оком наверху. Заходим: служба. Высокие стены воспаряют к упомянутому Оку. Алтарь в духе Четырёх и Пятой Эссенции. Молитва, Символ Веры...
 
Выхожу. 
Пару шагов - и Армянское чудо. Спрятано в глубине. Нищие при входе. Заходим: народу море, по сути - тусовка туриствующих. Приглушённый гам. 
Подхожу к церковному киоску, знакомый дьякон тут. Здороваемся. Дьякон идёт к толпе, что-то кратко объясняет ей и пронзает стены  молитвой. Звук прозрачен и глубок, зовёт через Восток, на Север ...
Выход в двор открыт; покупаю два Креста, Хванчакр в их числе; выходим в упомянутое пространство (оно вымощено надгробиями). Надеваю Лальбе Цвет-Крест; подходим к Хванчакру в обрамлении трав ; рядом - бутоны роз. 
Левая стена нефа: Георгий- Победоносец в одежде Тамплиера (да , сие подтвердил дьяк, сказав, что Георгий - добрый Воин и Тамплиеры - тоже добрые Воины (ибо их цель - защита паломников)).  Рядом: Святой Христофор. Ниже - похороны монаха, паутино образные тени, свечи...
Напротив и чуть правее - из жерла отсечённой шеи брызжет сноп Света. 
Армянский Храм, в целом, относится явно к струе Романики, тяготея, чуть более, к апофатическому безмолвию . 
 
Сквозняк перемен несёт наши бумажные тела сетью улиц, выходим на площадь с любимым книжным и Храмом напротив. Покупаем в магазине книги про монахов-воинов, Юлиуса Эволу, и про Серый Львов...
Садимся на скамейку у Храма. Народ женится: потерпевшие водят невест туда-сюда; фотографы сотворяют иллюзорную феерию ( про такие случаи мой дед-фронтовик, немного грубовато (но в тему) говаривал "из говна сделать пулю"). Тут же на скамейке - местный двор чудес расслабленно наблюдает за движухой богачей на лабутенах. Некая Любка (бодрое и грязноватое существо двадцати лет) пытается урвать побольше конфет, которые разбрызгивает фонтан щедрости очередной хозяйки очередного  потерпевшего. Мы проникаемся некоей симпатией к Любке и её компании из двух забулдыг и подносим им некую сумму. Любка удивлена и встревожена; тем не менее - бодрые манёвры продолжаются.
Сидим. Мы тоже счастливы , испиваем в ознаменование такой развёртки  тевтонской настойки тридцатилетней выдержки. 
Идём далее - книжный рынок. Довольно много старых книг: они похожи на наших забулдыг двора Чудес. Немного грустно; цены смешные. Покупаю книгу про Ньютона-алхимика. Как-то пусто: книги будто прощаются с этим долбанным измерением, которое надежно оккупировано разнообразными гад-жетами. Бродим, как осенние листья, гонимые ветром; книги, как осенние листья, гонимые ветром ...
 
Кав'ярня, три этажа вверх , народу очень много, но - вот он пустой стол. Наш. 
Заказываем вкусности.  За соседним столом обнаруживаю некоего известного типа из власти; он что-то рассказывает своему юному спутнику-мажору о своих экстрасенсорных способностях. Произношу пару мантр, знаю, этот хрен их услышит, с целью - создать благую  причину для него по выходу из тупика и круга гнета-насилия. И, быть может, эта капля хоть что-то даст ему и другим в плане разочарования в работе по выкачиванию сил и судеб (то есть - в Чёрной Магии). Пьём капучино, едим мороженное.  Все хорошо. 
 
Дождь. К 16 легко стегает ковры улиц. Мокнуть не хотим.  Рывок напротив - и вход в Храм. Готика. Костёл. 
 Совершаем ритуал Трёх Проходов. 
Покупаю книгу про Святого Франциска и ныряем в дождь, впрочем - под бронею зонтов. 
 
Шаг за шаг - вот снова Храм. 
Мой Храм дождей. 
Марии Снежной. Белый Храм. Молитва, чистый, однотонный женский голос, шелест дождя на улице ...
Прозрачность тотальна. 
 
Вверх по улочке, мимо песочницы, где малыш в  одном из стихов познаёт Нотр-Дам и Дно, готическая задняя часть Храма Снежной Девы, поворот - врата с пылающим Крестом: мы пришли.  Двор монастыря Святой Покровы.  Суровые Романские формы, множество цветов и мелкий дождь - быстро ныряем в чрево нефа. Монашка перебирает книги, Храм торжественно бел густоватой белизной. Возносим молитвы. Спрашиваю монашку смиренным шепотом о заалтарной иконе. Ответ: нас обдаёт какая-то Вода особой пресности. Таких дев в миру нет. Видимо, сие - нечто близкое к священному андрогинату. Глаза...
Магазинчик при Храме - покупаю икону; другая монахиня, уже пожилая  но так же свежая в своём висении. 
Выходим: рядом с монастырем - шкатулки жилых домов, прямо в упомянутом дворе. 
Ключ внимания уже созрел ...
 
Иду-бреду по городу: на ходу тренируюсь, укрепляю сегодня, в основном, "лапу леопарда" и "глаза дракона", - оружие точи по необходимости...
 
Беседуем с Лальбой о множестве наблюдаемых пар (наш Град полон ними, как полон сотнями блох подзаборный кот). Существа, предположительно с членом в штанах, идут как-то виновато, подобные голодным псам. Они явно пропитаны надеждой вечернего совокупления (таких , большинство); но эта влага похоти вкупе с ожиданиями делает их похожими на мокрых воробьев. Воплощения великой Матери, её объектные щупальца и присоски, напротив, разухабисты и концентрируют деталями жестов-осанки своё право на власть.  Как никак: на дворе торжество гинекократии (для тех , кто не понял: "власть хитрой (и глупой) пизды"). 
Композиция выглядит довольно убого.
 
Заходим в рыцарский зал одного из правильных ресторанов: обед под портретами рыцарей и королей. Есть даже изображение одного менестреля...
А после - ещё один нырок в любимый книжный, и : гравюра в книге, на ней наш Белый Монастырь двести лет тому. Ещё одно счастье...
Точнее : блаженство ( то есть - удовольствие без привязанности ). 
 
Странно. День будто и не шёл. Не развертывался. А так и висел посредине Вечности. Висел умытым. Начало круга и завершение схлопнулись, точнее - слились, особой нежностью. Храмы дышали нами, а мы - ними. Таинство "и двое стали Одним" состоялось. 
 
...Воспоминание, вспышкой через мягкий голос Лальбы - Львы и Кольца у них в зубах. Наш Огонь в эпицентре Вечности. Наша Любовь. Сегодня они замечены краем глаза недалёко от Храма Иезуитов на каких-то дверях... А также - четыре Льва, поддерживающие атанор балкона. 
Что же: дверь.
Одно лишь слово, которое само рифмуется с "верь" (вспоминая песни Цоя). 
И: бал (там, вроде, танцуют; хотя, почему-то, вспоминается булгаковский "бал у Сатаны ") . Кон ("Поставить что-то на кон")...
Вязь символов, созвучий: быть может - Лабиринт. А может и путанина бессмысленных надуманностей и спекуляций...
Впрочем, последнее - тоже часть вездесущей страны Минотавра. 
Украина. 
 
Опять  поезд. Вагоны. Перезвоны. 
Коагуляция. 
 
Самоцвет подвергается огранке. Пустое прозрачное свечение. 
 
P. S.: для тех, кто не понял - Лальба, это Белизна моей сумеречной души. 
 
... Есть, есть, такие есть у близких и дальних; у людей и зверей; у вещей и явлений; у снов и оков - обратная, тайная , другая сторона. Нам может вполне казаться, что мы неплохо ориентируемся в окружающем мире и знаем что и как.  Но. Также вполне может оказаться, что все это - сон и его персонажи, подобны непрочным пакетам, которые наполнены  яркой гуашью ДРУГОЙ краски неожиданности. И коснись их игла, более того - волос, иного взгляда: они лопают и происходят чудеса преображения. Домашний рыжий кот вдруг оборачивается эманацией Божества; артефакт, безобидный на первый взгляд, скрипит каплей ужаса; а град с церквями проявляется арфой Неба и Земли (где струны - особые сны). Цепкая агрессия почему-то может нести в себе корень неподдельного сочувствия ...
Сон. Поезд. Я попал на один из его редких перекрёстков и кое-что понял. Узрел. Добавился очень важный штрих гравюры: на  ней львовская улица; я и Лальба; лунный свет змеится по нашим доспехам, а идём мы - на причастие в старый готический Храм, которого-то и следа уже нет...
"Да пачем Домине" ...
Похороны иллюзорного тела продолжаются: его могильный  холмик взрывается яркой феерией множества цветов. Сердца выворачиваются звёздами, а кости распознаются млечными путями. Созвездие тел, сквозь радугу дел, познавая удел, становится Камнем...
Відповісти


Схожі теми
Тема: Автор Відповідей Переглядів: Ост. повідомлення
  ЧАСТЬ 3. Глава 49 "НЕКОТОРЫЕ ОБЪЁМЫ НЕКОТОРЫХ КОТЛОВ (ПРИЛОЖЕНИЕ)" Alba 0 445 28-11-2016, 15:43
Ост. повідомлення: Alba
  ЧАСТЬ 3. Глава 48 "ВОЗВРАЩЕНИЕ В СОСУДЫ СВОИ" Alba 0 661 25-11-2016, 10:30
Ост. повідомлення: Alba
  ЧАСТЬ 2. Глава 47 "ПЕЧАТЬ ЭТОГО ПАЛОМНИЧЕСТВА" Alba 0 467 25-11-2016, 10:17
Ост. повідомлення: Alba

Перейти до форуму: